- I -
ДУША ЧЕЛОВЕКА
природа и структура

1.4. Глубинно-психологические трактовки Души.
1.5. Структурная организация психики.
1.6. Архетип.
1.7. Первичность психической реальности.

1.4. ГЛУБИННО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ТРАКТОВКИ ДУШИ


Глубинная психология возникла на рубеже XIX – XX веков как попытка эмпирически исследовать то, что философия называла «душой», используя при этом инструменты клинического наблюдения и интерпретации. Понятие «душа» при этом приобрело операциональное значение, позволяющее работать с ним в терапевтическом пространстве.

1.4.1. Зигмунд Фрейд: психическое как аппарат


Фрейд (1856 – 1939) создал первую систематическую теорию психики, основанную на клинических наблюдениях. Он последовательно разрабатывает две топографические модели психики.

В «Толковании сновидений» (Die Traumdeutung, 1900) Фрейд описывает психику как систему трёх инстанций (первая топика):
  • сознательное,
  • предсознательное,
  • бессознательное.

Бессознательное - это активный, динамический уровень психической реальности, функционирующий в связи с закономерностями "первичных процессов". Для него характерны отсутствие логических противоречий, вневременность, независимость от реальности, акцент на удовольствии и возможность свободных "смещений" психической энергии (либидо).

Первичные процессы проявляются в таких механизмах, как конденсация, смещение, символическое представление, метафорическое мышление, замещение, а также в свободных ассоциативных связях между представлениями.

В результате мы можем констатировать, что бессознательное не подчиняется законам формальной логики и рациональности, а организует психический опыт посредством эмоциональных, символических и ассоциативных отношений.

Первичный процесс - это изначальный, биологически детерминированный режим функционирования психики. Его главная цель - немедленная разрядка психической энергии/напряжения (либидо/мортидо) ради достижения удовольствия (успокоения) и избегания дискомфорта. В отличие от вторичного процесса (логика, рациональность, Эго), первичный процесс не знает сомнений, времени, противоречий, социальных норм и внешней реальности.

Фундаментальные характеристик бессознательного


  • Вневременность. Бессознательные процессы никак не упорядочены во времени. Для бессознательного времени не существует. Ранняя детская травма не зафиксирована в прошлом, но для бессознательного пребывает всегда в актуальном состоянии.
  • Игнорирование реальности и отсутствие отрицания/противопоставления. Бессознательное не знает противоречий и союзов «нет» или «не». Если во вторичном процессе (рациональном) одно (А) может исключать другое (В), то в бессознательном они могут сочетаться непротиворечиво (амбивалентно) - например, "люблю и ненавижу", "хочу и испытываю отвращение", "уйди, но останься". Бессознательное принимает за реальность сам факт наличия желания, не учитывая его противоречий.
  • Подвижность психических катексисов - в сфере бессознательного происходит свободное перераспределение психической энергии между различными представлениями.
  • Стремление к немедленному отреагированию. Энергия в первичном процессе является «подвижной» (свободной), она не связана логическими структурами Эго и стремится к кратчайшему пути для своей разрядки. Если объект влечения недоступен, энергия мгновенно инвестируется в его галлюцинаторный образ или замещающий объект (фетиш).

Закономерности функционирования бессознательных процессов


  • Конденсация. Несколько мыслей, воспоминаний, аффектов или желаний соединяются в одном образе или символе. Например, один персонаж сна может одновременно воплощать черты нескольких людей. Из-за того, что энергия «свободна», несколько бессознательных представлений могут слиться в одно. В сновидении или симптоме один образ (например, фигура незнакомца) может одновременно содержать в себе черты отца, школьного учителя, терапевта и собственный теневой образ клиента (его альтер-эго).
  • Смещение. Психическая энергия переносится со значимого объекта на менее значимый или более безопасный. Именно поэтому во сне второстепенная деталь может оказаться центральной. Психический акцент и эмоциональный заряд переносятся с важного, но запретного представления на нейтральное, пропущенное цензурой образное представление.
  • Символизация. Противоречивые желания получают косвенное выражение через символические образы. Поскольку бессознательное не может оперировать абстрактными понятиями (у него нет логического аппарата), оно переводит абстрактные идеи на язык конкретных, наглядных, часто архаичных чувственных образов. Идея власти превращается в скипетр или гору, идея рождения - в воду, а влечение - в образ дикого животного.
  • Замещение. Одно представление или объект бессознательно заменяет другой, недоступный прямому выражению. Это близко к смещению, но акцент делается именно на репрезентации объекта.
  • Свободное ассоциирование. Представления соединяются по созвучию, сходству, эмоциональной близости, случайным связям, - а не по законам логики.
  • Образное (визуально-метафорическое) мышление. Бессознательное мыслит прежде всего: образами; сценами; метафорами; действиями, - а не абстрактными понятиями.

В бессознательном психическая реальность имеет приоритет над внешней реальностью - внутреннее переживается как более значимое, чем объективные факты.

Фрейд писал, что бессознательное представляет собой подлинную психическую реальность, и по своей сокровенной природе оно столь же неизвестно нам, как и реальность внешнего мира, и столь же неполно представлено нам данными сознания, как внешний мир - сообщениями наших органов чувств (Толкование сновидений, 1900).

В «Я и Оно» (1923) Фрейд формулирует вторую, структурную, топику психики:
  • Ид;
  • Эго;
  • Супер-Эго.

Ид (Оно / Das Es).
  • Классический взгляд: это изолированный, биологический «резервуар влечений» (либидо и мортидо), лишенный предсказуемой логики и подчиняющийся исключительно принципу удовольствия.
  • Современное понимание: Ид рассматривается не просто как хаотичный набор инстинктов, а как первичная психическая матрица, глубоко укорененная в телесности и аффектах.
  • В современных нейропсихоаналитических исследованиях (например, Марк Солмс) Ид соотносят с глубинными, подкорковыми структурами мозга (ствол, лимбическая система), которые генерируют базовые эмоциональные состояния и влечения.
  • Ид не изолировано от внешнего мира изначально: влечения Ид всегда ищут объект и структурируются через самый ранний опыт взаимодействия с матерью. Это биологический фактор, который манифестирует себя через психические репрезентации.

Эго (Я / Das Ich).
  • Классический взгляд: инстанция психики, функционирующая между импульсами Оно, требованиями реальности и контролирующим Сверх-Я.
  • Современное понимание: благодаря развитию эго-психологии (Хартманн) Эго получило статус автономного центра интеграции и адаптации личности.
  • Современный психоанализ видит в Эго не просто пассивную «жертву», а главного архитектора психической стабильности. Эго обладает свободной от конфликтов зоной (мышление, память, восприятие, речь).
  • Ключевая функция Эго - регуляция аффектов и поддержание целостности субъекта. Эго управляет системой защитных механизмов (от примитивного расщепления и проективной идентификации до зрелой сублимации и юмора).

Супер-Эго (Сверх-Я / Über-Ich).
  • Классический взгляд: интериоризованные родительские запреты, социальные нормы и мораль.
  • Современное понимание: понятие Супер-Эго претерпело, пожалуй, самую сильную теоретическую трансформацию. Современные аналитики разделяют его на две принципиально разные подструктуры. - А) собственно Супер-Эго (запрещающая инстанция): может быть как зрелым (адаптивная совесть, помогающая жить в социуме), так и патологическим (архаичное, садистическое Супер-Эго, которое буквально уничтожает человека изнутри чувством вины, стыда и самокритики, что мы и наблюдаем при клинических депрессиях). Б) Эго-идеал - образ того, каким человек хотел бы быть; это сфера ценностейи устремлений; если Эго-идеал слишком недостижим, Эго перманентно страдает от ощущения собственной ничтожности.
В сумме:
  • Ид - это то, что я хочу и динамически проживаю на уровне тела и базовых импульсов;
  • Супер-Эго - это то, как я должен себя вести согласно внутренним ценностям и интериоризованным нормативным объектам;
  • Эго - это то, кем я являюсь на самом деле в каждый конкретный момент времени, пытаясь согласовать свои «хочу» и «должен» с возможностями внешней реальности.

Бессознательное есть природная основа психики. Все наши высшие когнитивные процессы, мотивы, ценности, творческие озарения и невротические симптомы зарождаются в бессознательном. Сознание фиксирует лишь финальный результат этой колоссальной скрытой психической работы.

Лакан отмечал, что бессознательное - это символическая структура субъекта, организованная как язык и проявляющаяся через цепочки означающих, определяющие желание, симптом и субъективность.

В частности о говорил, что:
  • бессознательное структурировано как язык;
  • бессознательное - это дискурс Другого;
  • желание человека - это желание Другого;
  • бессознательное - это событие, возникающее в определённые моменты речи.

Бессознательное - это динамическая среда, заряженная колоссальной психической энергией. Психические процессы бессознательны не потому, что у сознания не хватает мощности их заметить, а потому, что они активно вытесняются из-за конфликта с требованиями реальности. Бессознательное постоянно пытается прорваться наружу, маскируясь и видоизменяясь в виде сновидений, оговорок, ошибочных действий и, в конечном счете, психологических и психосоматических симптомов.

1.4.2. К.Г. Юнг: психическое как реальность


Юнг (1875 – 1961) отвергает редукцию психики к сексуальности (Фрейд) или к компенсации неполноценности (Адлер). Психическое - это первичная реальность, не выводимая ни из чего иного. Психика - это не менее объективная реальность, чем материальный мир.

Юнг полагал, что психическое существование - это единственная форма существования, о которой мы обладаем непосредственным знанием, поскольку ничто не может быть познано, если прежде не предстанет в виде психического образа.

Это означает, что:
  • мы никогда не воспринимаем мир напрямую - мы всегда переживаем его через нашу психику опосредованно;
  • любое событие сначала становится образом, переживанием, ощущением, смыслом, ценностью;
  • психическая реальность столь же значима для жизни человека, как и физическая/объективная.

Термин «душа» у Юнга многозначен. В узком смысле: Anima (у мужчины) / Animus (у женщины) - архетипические посредники между сознательным Эго и коллективным бессознательным. В широком смысле - это вся психика в её полноте, включая то, что выходит за рамки личности (трансперсональные параметры души).

Юнг: «Под психикой я понимаю совокупность всех психических процессов - сознательных и бессознательных. Под душой же я понимаю ясно очерченный функциональный комплекс, который лучше всего можно описать как „личность“» (Психологические типы).

С гносеологической точки зрения мы никогда не «видим» мир непосредственно, но только через психические «экраны»

Юнг: «Психика - величайшее чудо Вселенной и необходимое условие того, чтобы мир вообще мог существовать для нас как объект познания. Удивительно, что западный человек, за редчайшими исключениями, почти не осознаёт этого. Всецело увлечённый исследованием внешнего мира, Запад почти полностью утратил интерес к исследованию мира внутреннего» (О природе психе).

Юнг описывал психику как систему концентрических уровней, организованных вокруг оси Эго – Самость:
  • Эго - центр сознательной личности, то, с чем человек идентифицируется как «я»; медиатор между внешней реальностью и бессознательным;
  • личное бессознательное - содержание, принадлежащее личной истории, это вытесненное, забытое, недостаточно осознанное; организовано в форме комплексов;
  • коллективное бессознательное - надличностный, общечеловеческий слой, не связанный с биографией; содержит архетипы как организующие принципы;
  • Самость - центр всей психики (не только сознательной); архетип целостности; изначальна и является целью развития личности.

1.4.3. Дж. Хиллман: психическое как воображаемое


Джеймс Хиллман (1926 – 2011), основатель архетипической психологии, предлагает радикальный пересмотр психологии и возвращение её к буквальному смыслу - слово/знание о душе.

Для Хиллмана, душа - это не объект, который можно обнаружить, измерить или определить как некую сущность. Она представляет собой способ восприятия, благодаря которому человеческий опыт становится глубоким, символическим и наполненным смыслом.

Душа:
  • создаёт дистанцию между человеком и событием;
  • превращает события в переживания;
  • делает возможными смысл, любовь, воображение и внутреннюю жизнь человека.

Хиллман настаивает на «имагинативном» характере психики - образ не является репрезентацией чего-то внешнего, он сам есть первичная реальность души. Образ всегда предшествует интерпретации - прежде чем объяснять символ, необходимо позволить ему раскрыться в собственных образах. Симптом следует воплотить в образе и рассмотреть его как образ, как символическое послание.
“Под душой я понимаю прежде всего перспективу, а не субстанцию; определённый способ смотреть на вещи, а не вещи сами по себе".
— Дж. Хиллман, "Пересмотр психологии".

1.5. СТРУКТУРА ПСИХИКИ


1.5.1. Сознание и Эго как его центр


Сознание является результатом психического развития человека. Сознание - это исторически и индивидуально приобретаемое личное достижение человека и человечества.

Э. Нойманн в «Происхождении и истории сознания» (1949) прослеживает развитие сознания от «уробороса» (недифференцированного единства) через «рождение Эго» и далее - к «интеграции Самости».

Эго - это центр поля сознания. Эго - это лишь часть психики, но не её полнота. Отождествление с Эго («эго-инфляция» или «эго-дефляция») — одна из центральных возможных патологических конфигураций и предпосылка к формированию различного рода психопатологических синдромов.

Юнг: «Под эго я понимаю комплекс представлений, который является для меня центром моего поля сознания и кажется мне обладающим высокой степенью непрерывности и идентичности с самим собой».

Функции сознания


1. Рациональные функции - это то, как мы оцениваем и принимаем решения. Эти функции основаны на суждении, классификации и оценке поступающей информации.

  • Мышление. Понимание реальности через логические связи. Выполняет функцию рационального суждения. Отвечает на вопрос: «что это такое?». Опирается на логику, понятия, причинно-следственные связи. Оценивает истинность/ложность. Связывает концепции и данные между собой, устанавливает логическую последовательность, законы, дает вещам имена. Обеспечивает объективное, интеллектуальное понимание мира.

  • Чувство. Функция оценивания, но не логического, а ценностного. Отвечает на вопрос: «что это для меня значит? какую ценность это имеет для меня?». Оценивает «приятно/неприятно», «хорошо/плохо». Регулирует эмоционально-ценностное отношение. Выстраивает ценностную иерархию и регулирует человеческие отношения.

Мышление и чувство являются альтернативными функциями. Если у человека доминирует логическое мышление, его функция чувств неизбежно вытесняется в бессознательное, становясь недифференцированной (архаичной и уязвимой).

2. Иррациональные функции - это то, как мы воспринимаем информацию). Эти функции ориентированы на восприятие фактов или потенциальных возможностей. Они работают вне логической оценки («оно просто есть»).

  • Ощущение. Восприятие через органы чувств, регистрация фактов реальности. Отвечает на вопрос: «что реально присутствует в моем восприятии?».Фиксирует фактичность, данность, телесный опыт. Модальность ориентирована на непосредственную реальность.

  • Интуиция. Восприятие через бессознательное, целостное схватывание ситуации. Функция восприятия возможностей и скрытых связей. Отвечает на вопросы: «чем это может стать?, откуда это пришло и куда это ведет? каковы скрытые возможности?». Ориентирована на потенциальное будущее. Интуиция игнорирует текущие физические факты ради предчувствия и скрытых смыслов.

  1. Ощущение говорит нам, что некий предмет существует.
  2. Мышление объясняет, что это за предмет (дает определение).
  3. Чувство сообщает нам его ценность для нас.
  4. Интуиция подсказывает, какие перспективы и скрытые смыслы с ним связаны.
Юнг подчеркивал, что у каждого человека одна функция является ведущей (доминантной), две - вспомогательными, а четвертая - подчиненной (бессознательной).

1.5.2. Персональное бессознательное


Персональное бессознательное - это индивидуализированный слой психики, формирующийся на протяжение жизни. В отличие от фрейдовского бессознательного, которое преимущественно содержит вытесненное содержание, юнгианское понимание персонализированного бессознательного включает более широкий круг феноменов и компонентов.

Юнг: «Личное бессознательное содержит утраченные воспоминания, болезненные идеи, подвергшиеся вытеснению (то есть намеренно забытые), подпороговые восприятия, под которыми понимаются чувственные восприятия, оказавшиеся недостаточно интенсивными, чтобы достичь сознания, и, наконец, содержания, ещё не созревшие для сознания».

Центральная структура личного бессознательного - комплекс.

Комплекс обнаруживает себя через нарушения в деятельности Эго: неожиданные провалы памяти, оговорки, непропорциональные аффективные реакции, навязчивые паттерны. Задача терапии - установление сознательных отношений с содержанием комплекса.

Комплекс - констелляция психических элементов, сгруппированных вокруг эмоционально заряженного ядра, обладающая относительной автономностью по отношению к сознанию.

Комплекс - это аффективно заряжённый конгломерат представлений, имеющий:
  • ядро - архетипический образ (например, «мать» как архетипический паттерн);
  • периферию - личный, биографический материал (конкретные воспоминания о реальной матери).

Ядро обладает «констеллирующей силой», пропорциональной его энергетической ценности, - оно автоматически притягивает к себе ассоциации, формируя вокруг себя комплекс целиком. Это качественный, а не только количественный процесс: констелляция есть результат отбора, обусловленного характеристиками ядра комплекса.

Комплексы - это узловые точки психической жизни, без которых мы не можем себе представить нормальную психическую деятельность. Они являются живыми единицами бессознательной психики, и лишь благодаря им мы можем судить о её существовании и строении.

Не существует фундаментальных различий между комплексом и фрагментами расщеплённой личности. Комплекс - это «отщепленный психический элемент», способный действовать как «одушевленное постороннее тело в сфере сознания». Комплексы могут обладать нами — то есть могут временно ассимилировать Эго, производя «отождествление с собой» (иногда этот феномен называют одержимостью).

1.5.3. Коллективное бессознательное


Юнг совершает революционный шаг, выйдя в своих исследованиях за пределы индивидуальной психики. Глубже персонализированного уровня бессознательного располагается слой психики, который не является продуктом индивидуального опыта, но оказывается общим для всего человечества - коллективное бессознательное.

Коллективное бессознательное образует всеобщее психическое основание надличностной природы, которое присутствует в каждом из нас.

Коллективное бессознательное, как родовое наследие возможностей репрезентации, является не индивидуальным, а общим для всех людей и даже, возможно, всех животных и составляет основу индивидуальной психики.

Эмпирические основания представлений о коллективной психике:
  • спонтанное воспроизведение мифологических мотивов у пациентов, не знакомых с соответствующими традициями;
  • сходство мифологических и символических паттернов у географически изолированных культур;
  • «параллельные» сновидения с архаическими образами у пациентов без соответствующего культурного опыта («архаические фрагменты коллективной памяти») - мандала, Великая Мать, Мудрый Старец.

Три ключевых атрибута коллективной психики:
  • коллективность - общее для всего человечества;
  • надличностность - не принадлежащее персональной биографии;
  • унаследованность - не приобретаемое в опыте, но изначально дано в структуре психики.

Элементы коллективной психики воспринимаются как чуждые по отношению к Я. Если содержание личного бессознательного ощущается как «своё», то прорыв коллективного содержания в сознание переживается принципиально иначе. Содержания коллективного бессознательного воспринимается как нечто чужое, пришедшее извне... Коллективный феномен представляется обладающим некоей сверхъестественной силой; он порождает чувство благоговейного страха/ужаса.

Здесь очевидна параллель с первобытными верованиями в духов и в души. Души соответствуют комплексам личного бессознательного, духи - комплексам коллективного бессознательного.

Содержания коллективного бессознательного непосредственно не наблюдаемы, но проявляют себя через универсальные паттерны, мотивы и образы. Коллективное бессознательное состоит из мифологических мотивов или изначальных образов; поэтому мифы являются непосредственными проявлениями коллективного бессознательного.

1.5.4. Динамика психики: компенсация и саморегуляция


Одним из фундаментальных положений глубинной психологии является представление о психике как о динамической, самоорганизующейся и саморегулирующейся системе, обладающей собственной внутренней логикой развития. В отличие от классического психоанализа, сосредоточенного преимущественно на причинном объяснении симптомов через прошлый опыт, Юнг рассматривает психику как целостную систему, которая непрерывно стремится к восстановлению внутреннего равновесия и расширению собственной целостности.

Психические процессы понимаются как взаимосвязанные элементы единой системы, находящейся в постоянном взаимодействии между сознательными и бессознательными уровнями.

Компенсация как принцип психического равновесия


Компенсация выступает наиболее известным механизмом саморегуляции. Ее сущность заключается в том, что односторонняя установка сознания вызывает возникновение противоположной тенденции в бессознательном. Психика стремится не к устранению противоположностей, а к восстановлению внутреннего равновесия между ними.

Подобно тому как тело посредством гомеостатических механизмов реагирует на нарушение биологического равновесия, психика отвечает на чрезмерную односторонность сознания появлением компенсаторных содержаний. Эта аналогия не означает полного тождества биологических и психических процессов, однако подчеркивает системный характер психической организации.

Компенсаторная функция сновидений


Наиболее наглядно компенсаторный принцип проявляется в сновидениях. В противоположность фрейдовской концепции сна как преимущественно замаскированного исполнения желания Юнг рассматривает сновидение как естественную форму саморегуляции психики.

Сновидение не повторяет сознательную установку, а стремится дополнить ее тем содержанием, которое оказалось исключенным из поля сознания. Если человек чрезмерно рационализирует собственный опыт, бессознательное может представить образы хаоса, эмоциональности, иррациональности или природной стихии.

Если сознание утрачивает контакт с чувствами, во сне появляются интенсивные эмоциональные переживания. Если личность полностью идентифицируется с социальной ролью, сновидение способно показать вытесненные аспекты индивидуальности.

Симптом как символическая форма саморегуляции


С аналогичных позиций следует рассматривать и психический/психосоматический симптом. Симптом не является исключительно признаком нарушения или дефектом психического функционирования. Он представляет собой символическое выражение внутреннего конфликта, возникающего вследствие нарушения отношений между элементами сознания и бессознательного.

Симптом одновременно выполняет несколько функций.
  • Во-первых, он сигнализирует о существующем внутреннем противоречии, которое сознание оказалось не способно интегрировать.
  • Во-вторых, он компенсирует чрезмерную односторонность сознательной установки.
  • В-третьих, он обладает прогностическим значением, поскольку нередко указывает на возможное направление дальнейшего психологического развития.

Энантиодромия


Понятие энантиодромии (греч. ἐναντιοδρομία — «движение к противоположности») принадлежит к числу фундаментальных категорий аналитической психологии и одновременно имеет глубокие философские корни.

Впервые идея перехода явления в собственную противоположность была сформулирована в философии Гераклита Эфесского, для которого мир представлял собой непрерывный процесс становления, основанный на взаимодействии и взаимном превращении противоположностей.

Космос, по Гераклиту, существует благодаря внутреннему напряжению противоположных начал, а устойчивость мира является не состоянием покоя, а результатом их динамического равновесия. Именно поэтому любое явление, достигнув предельной степени своего развития, начинает порождать собственную противоположность.

В аналитической психологии К. Г. Юнга данное понятие приобретает принципиально новое содержание. Если для античной философии энантиодромия являлась универсальным законом космоса, то для Юнга она становится одним из фундаментальных законов функционирования психики. В наиболее общем виде энантиодромию можно определить как закономерное возникновение бессознательной противоположности вследствие чрезмерного развития сознательной установки.

Всякая односторонняя организация психической жизни неизбежно вызывает компенсаторную активность бессознательного, стремящегося восстановить утраченное равновесие. Всякая сознательная установка содержит в себе предпосылки собственной противоположности. Чем более последовательно человек идентифицируется с определённым способом существования, тем более интенсивно в бессознательном развивается противоположная тенденция.

Эта противоположность первоначально существует латентно, однако по мере усиления односторонности сознания постепенно накапливает собственную психическую энергию. Когда напряжение между сознательной установкой и вытеснённой противоположностью достигает критического уровня, происходит её прорыв в сознание.

Именно этот момент и обозначается как энантиодромия.

В клинической практике данный принцип проявляется в самых различных формах. Человек, на протяжении многих лет демонстрировавший эмоциональную сдержанность и рациональность, внезапно оказывается захвачен интенсивными аффектами, раздражительностью или депрессивными переживаниями. Личность, полностью посвятившая себя профессиональной карьере, неожиданно переживает глубокий экзистенциальный кризис, сопровождающийся утратой смысла прежней деятельности и обращением к духовным поискам. Длительно подавляемая зависимость может смениться демонстративной независимостью, а крайний рационализм - выраженным мистицизмом. Во всех подобных случаях речь идёт о закономерном проявлении бессознательной противоположности, которая долгое время развивалась параллельно доминирующей сознательной позиции.

Особое значение принцип энантиодромии приобретает в понимании архетипической динамики.

Архетипы обладают внутренне полярной организацией и никогда не существуют в виде односторонних психических образований. Так, архетип Великой Матери включает как питающий, заботящийся аспект, так и аспект поглощающей, разрушительной матери; архетип Героя содержит в себе не только мотив спасения и созидания, но и потенциал разрушения и инфляции; архетип Анимы способен проявляться как вдохновляющая Муза и одновременно как роковая соблазнительница или разрушительная фигура. Попытка сознательно идентифицироваться исключительно с одним полюсом архетипа неизбежно приводит к активации его противоположной стороны.

Энантиодромия отражает фундаментальную полярность архетипических структур коллективного бессознательного.

В более широком философском смысле энантиодромия отражает универсальный закон развития сложных систем. Всякая система, достигшая предельной степени специализации и односторонности, начинает порождать процессы, направленные на восстановление утраченной целостности. Этот принцип обнаруживается не только в психологии, но и в мифологии, религии, алхимии и истории культуры.

Алхимические стадии nigredo, albedo и rubedo, мифологические мотивы смерти и возрождения, мотив нисхождения героя в подземный мир и последующего возвращения, многочисленные образы символической трансформации представляют собой различные культурные выражения одного и того же архетипического закона - перехода через собственную противоположность как необходимого условия развития.

1.6. АРХЕТИП


1.6.1. История понятия и его переосмысление в аналитической психологии


Понятие архетипа занимает центральное место в глубинной психологии. Термин имеет длительную философскую и богословскую предысторию, в рамках которой он обозначает первоначальный образец, первообраз или формообразующий принцип, предшествующий отдельным вещам и явлениям.

Юнг сохраняет представление об архетипе как о первичной форме, но переносит его из метафизики в психологию: архетип становится не трансцендентной идеей, существующей вне психики, а гипотетической структурой, организующей человеческое восприятие, воображение и поведение.

Само греческое слово ἀρχέτυπονобразовано от archē - «начало», «основание», «первопринцип», и typos - «отпечаток», «образец», «форма». В самом общем смысле архетип означает первоначальную форму, по отношению к которой конкретные образы выступают вариациями или воплощениями.

Метафизическая предыстория: от платоновских идей к божественным первообразам


В философии Платона систематического термина «архетип» в современном психологическом значении нет. Его непосредственной предпосылкой выступает учение об идеях, или эйдосах - вечных, умопостигаемых формах, благодаря причастности которым отдельные вещи приобретают определённость.

В «Тимее» чувственно воспринимаемый космос создаётся по образцу вечного умопостигаемого живого существа. Поэтому платоновскую идею допустимо называть метафизическим первообразом.

Платоновский эйдос обладает онтологическим статусом - он объясняет строение самого бытия, тогда как юнговский архетип относится к организации психического опыта.

Филон Александрийский развивает платоническую линию в рамках библейской теологии. Прообразы сотворённых вещей помещаются им в божественный Логос - умопостигаемый порядок, посредством которого Бог творит мир. Архетипическое здесь обозначает не бессознательную структуру человеческой психики, а идеальный замысел творения, существующий в божественном Уме.

Сходная логика обнаруживается у Августина. Он говорит об идеях как о первоначальных и устойчивых формах вещей, которые сами не сотворены, но вечно пребывают в божественном Разуме. Индивидуальные существа возникают не случайно, а согласно вечным основаниям, заключённым в Уме Бога.

У Псевдо-Дионисия Ареопагита эта традиция получает апофатическое и иерархическое развитие. Божественные «парадигмы» и предопределения понимаются как основания, согласно которым существа получают своё бытие.

Общую структуру воплощения архетипа как "космического" начала можно представить следующими образом:

  • вечный первообраз -
  • формирование чувственной или сотворённой реальности -
  • отдельные вещи как воплощения исходной формы.

У Юнга эта схема приобретает следующий вид:
  • непредставимая психическая структура -
  • архетипический образ -
  • конкретные психические феномены (сновидения, мифы, фантазии, идеи и установки, модели поведения) -
  • поведенческая реализация.

От первообраза к формальному фактору психики


Юнг первоначально употреблял выражение «первичный образ» (Urbild), а позднее предпочёл термин «архетип», стремясь подчеркнуть, что речь идёт не о готовом образе, передаваемом по наследству, а о формальной возможности образования сходных образов.

Человек не наследует конкретный миф о герое, о великой матери или смерти. Наследуется предрасположенность организовывать определённый опыт в сходных символических конфигурациях.

Архетип нельзя отождествлять с мифологическим персонажем, символом или устойчивым сюжетным образом. Великая Мать, Герой, Трикстер или Мудрый Старец - это не архетипы как таковые, а архетипические образы, то есть культурно и биографически обусловленные способы проявления непредставимой психической структуры.

Архетип сам по себе не может быть представлен непосредственно; судить о нём возможно лишь по тем воздействиям, которые порождаются архетипическими представлениями.

Архетип можно определить как врождённую формальную предрасположенность психики организовывать опыт, аффекты, фантазии и действия по универсальным структурным моделям.

Он подобен форме, которая заполняется конкретным историческим и индивидуальным материалом. Архетип матери, например, не содержит заранее заданного представления о конкретной женщине. Он структурирует опыт зависимости, рождения, питания, защиты, поглощения и отделения. Его образное содержание будет различаться в зависимости от личной биографии и культуры.

Архетипы - это системы готовности к действию, одновременно связанные с образами и аффектами. Архетип обладает двойственной природой:
  • он проявляется и как смысловая структура,
  • и как динамическая сила, способная захватывать сознание.

Это позволяет различить три уровня архетипа:
I - архетип как непредставимая структура, как матрица;
II - архетипический образ как символическое выражение;
III - конкретное переживание, фантазия, сюжет, чувства, мысли или поведение.

При активации архетипа он проявляет относительную автономию и сопровождается сильным аффектом. Такое особое качество архетипического переживания обозначается понятием нуминозность - человек сталкивается с содержанием, которое одновременно притягивает, пугает и переживается как превосходящее личную волю.

Активация архетипа происходит преимущественно в ситуациях, имеющих фундаментальное человеческое значение:
  • рождение и смерть,
  • отделение от родителей,
  • вступление в близкие отношения,
  • столкновение с утратой,
  • переход между жизненными этапами,
  • переживание призвания,
  • кризис смысла.
В таких обстоятельствах личного опыта нередко недостаточно, и психика обращается к более универсальным способам символической организации переживаний.

Архетип создаёт поле вероятностей, внутри которого возможны различные формы сознательного и бессознательного реагирования.

Психоидный аспект архетипа: между субъективным и объективным


В поздних работах Юнг использует понятие психоид (psychoid), стремясь обозначить предельную область, где психическое уже не может быть описано исключительно через категории субъективного опыта и переходит в область объективных наблюдаемых феноменов.

Одним из наиболее сложных и одновременно наиболее фундаментальных понятий поздней аналитической мысли является психоидный аспект архетипа.

Понятие психоидности появляется в работах «О природе психе», «Синхронистичность как принцип акаузальной связи» и «Mysterium Coniunctionis». В них Юнг выдвигает принципиально важную гипотезу - архетип нельзя считать исключительно психическим феноменом. Он представляет собой более глубокий уровень организации реальности, располагающийся на границе между психическим и материальным, сознательным и биологическим, символическим и природным.

Термин психоидный происходит от греческого psyche — «душа» и суффикса -oid («подобный»). Тем самым подчёркивается, что психоидное не является психическим в собственном смысле слова. Оно лишь обладает способностью проявляться как психическое.

Иначе говоря, архетип первоначально существует не в форме образов, символов или представлений. Его глубинное существование предшествует любому содержанию сознания. Лишь при определённых условиях архетип становится доступным переживанию, проявляясь через мифологические образы, религиозные символы, фантазии, сновидения, аффекты или творческие интуиции.

Из психоидной природы архетипов вытекает одно из важнейших положений глубинной психологии: архетипы нельзя понимать как совокупность врождённых образов. Гораздо точнее рассматривать их как врождённые принципы организации опыта.

Особое значение понятие психоидности приобретает при объяснении взаимоотношений психического и соматического.

Если архетип существует исключительно в сфере психики, становится трудно объяснить, каким образом глубокие психические процессы способны оказывать столь выраженное влияние на телесную жизнь человека. Аналогичным образом невозможно понять происхождение врождённых форм поведения, универсальных эмоциональных реакций или некоторых психосоматических феноменов.

Но возможна иная перспектива. Психоидный уровень предшествует разделению психического и физического. Поэтому один и тот же архетипический процесс способен одновременно проявляться в различных регистрах человеческого существования - в физическом/объектном и в психическом/субъектном.

Он может выражаться:
  • как эмоциональное переживание;
  • как символический образ;
  • как сновидение;
  • как изменение телесного состояния;
  • как инстинктивная реакция;
  • как творческий импульс;
  • как религиозный опыт.

Наиболее радикальные следствия понятие психоидности получает в концепции синхронистичности.

Если архетип существует глубже разделения психического и физического, становится возможным существование событий, которые одновременно организуются одной и той же архетипической структурой без прямой причинной связи между ними.

Именно эту возможность обозначают понятием синхронистичность - акаузальное совпадение внутреннего психического события и внешнего объективного события, объединённых общим смыслом.

При этом архетип выступает своеобразным организующим принципом обоих процессов. Он одновременно констеллируется в психике человека и обнаруживает себя в объективной последовательности событий, создавая впечатление осмысленного совпадения.

Наиболее полно психоидная природа проявляется в архетипе Самости.
В отличие от других архетипов Самость организует не отдельную сферу психической жизни, а целостность всей личности. Поэтому её проявления выходят далеко за пределы индивидуальной психологии. Они обнаруживаются в космологических мифах, религиозных откровениях, алхимической символике, мандалах, образах Первочеловека (Anthropos), мирового дерева, философского камня и других символах универсальной целостности.

Самость является не просто внутренним психическим центром, а символическим выражением более глубокой организующей реальности, объединяющей индивидуальную психику с универсальным порядком бытия.

Методологическое значение психоидности.
  • Во-первых, она предостерегает нас от редукции архетипических переживаний исключительно к личной биографии пациента. Архетипическое содержание никогда полностью не объясняется индивидуальной историей. Оно всегда превосходит её, поскольку относится к универсальным структурам человеческой психики.
  • Во-вторых, понятие психоидности позволяет понять, почему глубокие аналитические процессы нередко сопровождаются выраженными телесными изменениями, необычайно яркими сновидениями, интенсивными эмоциональными состояниями, переживаниями символических совпадений, усилением творческой активности или неожиданными событиями жизни. Все эти феномены можно рассматривать как различные проявления единого архетипического процесса, актуализирующегося одновременно на нескольких уровнях реальности - объективной и субъективной.
  • Наконец, психоидная концепция подчёркивает ограниченность любой рациональной интерпретации архетипов. Поскольку глубинная природа архетипа предшествует разделению субъекта и объекта, его невозможно полностью исчерпать логическим анализом. Любая интерпретация касается лишь символических проявлений архетипа, тогда как его психоидное основание всегда остаётся трансцендентным по отношению к сознанию и к субъекту.
То, что мы понимаем под “архетипом”, само по себе непредставимо, но оказывает воздействия, которые делают возможными его визуализации, а именно архетипические образы и идеи.
— К.Г. Юнг. О природе Психе.

1.6.2. Архетип как организующий принцип психической энергии


Архетип обладает не только структурной, но и энергетической составляющей - при его активации нейтральные события и переживания приобретают повышенную значимость, сопровождаются сильным аффектом и начинают направлять внимание и деятельность субъекта.

Либидо обозначает общую психическую энергию, а не исключительно сексуальное влечение. Это понятие служит теоретической моделью для описания интенсивности, направленности и преобразования психических процессов.

Архетипическая констелляция организует и направляет психическую энергию. При активации архетипического паттерна различные элементы опыта связываются в единую смысловую конфигурацию. Человек начинает избирательно воспринимать определённые события, придавать им особое значение, эмоционально реагировать на них и действовать в соответствии с актуализированной внутренней структурой.

Этот процесс можно представить следующим образом:
  • жизненная ситуация -
  • констелляция архетипической диспозиции -
  • организация восприятия и аффекта -
  • формирование образов и смыслов -
  • формирование мотивации -
  • организация поведения.

Организация восприятия и значения


Архетипическая диспозиция прежде всего структурирует восприятие человека. При её активации некоторые объекты, события и отношения выделяются из общего поля и приобретают повышенную психологическую значимость. Архетип Матери, например, может организовывать переживания, связанные с происхождением, питанием, защитой, зависимостью, телесным содержанием и угрозой поглощения. Он способен выражаться не только в образе конкретной матери, но и в символах дома, земли, пещеры, сосуда, моря или принимающего пространства.

Символическое значение образа определяется не универсальным словарём соответствий, а его местом в конкретном сновидении, культурном контексте и личной биографии. Архетипическая интерпретация не отменяет индивидуального анализа образа.

Архетип и направленность поведения


Архетипы связаны не только с образованием представлений, но и с поведенческими тенденциями/паттернами. Юнг сближал архетип с инстинктом. Инстинкт организует особую форму поведения, тогда как архетип представляет её психический, образно-смысловой аспект.

Он формирует предрасположенности к определённым формам переживания и действия. Например, ситуации перехода - взросление, отделение, смена статуса, утрата прежней идентичности - могут констеллировать архетипические мотивы инициации, включающие в себя различные экзистенциальные испытания, символическую смерть, пребывание в пограничном состоянии и возвращение в социум в новом качестве.

Аффективная организация опыта


Архетипическая констелляция почти всегда сопровождается сильным аффектом. Именно аффективная интенсивность сообщает образу переживание исключительной значимости.

Например, актуализация теневых аспектов личности может быть связана со стыдом, виной, страхом и агрессией, но этим аффективная динамика Тени не исчерпывается. Встреча с Тенью способна сопровождаться также завистью, отвращением, восхищением, возбуждением или неожиданным ощущением повышенной жизненности. Аффект зависит от того, какое именно содержание было исключено из сознательной идентичности и в какой форме оно возвращается.

Архетип не несёт в себе фиксированную эмоцию. Он организует смысловое аффективное поле, внутри которого отдельные переживания приобретают взаимную связанность и особую интенсивность.

Архетипы и объектные отношения


Архетипическое измерение может участвовать и в организации межличностных отношений. В аналитической ситуации терапевт способен становиться носителем проекций, связанных с родительскими фигурами. Однако перенос нельзя свести только к архетипической проекции. В современной психодинамической перспективе он включает реальные отношения раннего опыта, защитные механизмы, ожидания, фантазии и актуальное взаимодействие между клиентом и терапевтом.

Поэтому точнее говорить о нескольких взаимосвязанных уровнях переноса:
  • биографический уровень - отношения с конкретными значимыми людьми;
  • уровень психических комплексов - эмоционально организованные паттерны личного бессознательного;
  • архетипический уровень - трансперсональные образы и ожидания, придающие отношениям нуминозную интенсивность.

Например, терапевт может восприниматься одновременно как конкретный заботящийся человек, как фигура родительского комплекса и как архетипический Мудрец.

Нуминозность архетипического содержания


Повышенную энергетическую насыщенность архетипических образов связывают с понятием нуминозности (Р. Отто).


Нуминозное - это воздействие, превосходящее произвольный контроль Эго, оно захватывает психику человека, вызывает благоговение, страх, притяжение или ощущение встречи с чем-то безусловно значимым или величественным.


Нуминозное - это иррациональный компонент религиозного/мистического опыта, переживание священного как одновременно:
  • устрашающего (tremendum), и
  • притягивающего (fascinans).

В рамках архетипической динамики нуменозное представляет собой динамическое воздействие, не создаваемое произвольным волевым актом. Оно переживается независимо от воли субъекта и может выступать либо как качество/влияние наблюдаемого объекта/феномена, либо как влияние невидимого присутствия, вызывающее изменение сознания.

В психологической перспективе нуменозное описывает особое отношение между активированным архетипическим содержанием и сознанием, при котором образ переживается как автономный и превосходящий обычную меру личного значения.

1.6.3. Биполярность архетипов: единство созидательного и разрушительного потенциала


Одной из фундаментальных характеристик архетипической динамики является принцип внутренней биполярности архетипов. Архетип никогда не представляет собой однозначно позитивную или негативную психическую структуру. Архетип выступает как универсальный организующий принцип коллективного бессознательного, который содержит в себе противоположные возможности развития и проявляется в широком спектре символических, аффективных и поведенческих форм.

Его психологическое действие всегда амбивалентно - один и тот же архетип способен становиться источником как личностного роста и интеграции, так и дезорганизации, регрессии или психической инфляции.

Подобная двойственность вытекает из самой природы архетипа. Архетип представляет собой динамическую структуру, включающую противоположные тенденции. Поэтому его невозможно описать посредством простых дихотомий — «хороший» или «плохой», «конструктивный» или «деструктивный». Каждое архетипическое содержание содержит в себе потенциальную возможность перехода от одной полярности к другой в зависимости от уровня развития Эго, степени символизации опыта и характера отношений между сознанием и бессознательным.

Архетип обладает неисчерпаемостью смыслов и никогда не сводится к единственной интерпретации.

Амбивалентность как структурный принцип архетипа


Биполярность архетипов не означает сосуществования двух независимых образов — «хорошего» и «плохого». Скорее, речь идёт о наличии единой психической структуры, внутри которой потенциально присутствуют противоположные способы переживания и реализации опыта.

Архетипические образы практически во всех мифологических и религиозных традициях обладают двойственной природой. Боги одновременно даруют жизнь и приносят смерть; герои освобождают мир, но становятся причиной разрушения; мудрецы открывают истину и способны вводить в заблуждение. Эта универсальная амбивалентность отражает не особенности отдельных культур, а внутреннюю организацию коллективного бессознательного.

Нойманн рассматривал подобную двойственность как проявление недифференцированного характера архетипического мира. До возникновения развитого сознания противоположности ещё не разделены; они существуют в едином символическом поле. Поэтому Великая Мать одновременно рождает и поглощает, Герой освобождает и разрушает, а Самость выступает как источник исцеления и как сила, способная дезорганизовать Эго при недостаточной дифференциации последнего.

Архетип Матери: забота и поглощение


Наиболее очевидно принцип биполярности проявляется в архетипе Матери. Уже в работе «Символы трансформации», а позднее в эссе «Психологические аспекты архетипа матери», Юнг показывает, что материнский архетип невозможно свести исключительно к образам заботы, безопасности и принятия.

Его позитивный аспект выражается в переживаниях питания, защиты, эмоционального содержания, плодородия, рождения и психологического контейнирования. Великая Мать становится источником жизни, роста и внутренней устойчивости.

Однако та же архетипическая структура содержит противоположную возможность - образ Ужасной Матери. Здесь материнское начало проявляется как поглощение, удушающая опека, эмоциональное присвоение, препятствие автономии и развитию. Мифологические фигуры Кали, Медеи, Ламии, Бабы-яги или пожирающего чудовища являются различными культурными выражениями этой стороны архетипа.

М.-Л. фон Франц неоднократно подчёркивала, что невозможно понять символику материнского архетипа, если видеть в нём лишь источник заботы - архетип матери всегда включает одновременно способность давать жизнь и способность забирать её обратно.

Именно поэтому аналитическая работа требует исследования обеих сторон материнского опыта независимо от реальных качеств матери как личности.

См.:
К.Г. Юнг. Психологические аспекты архетипа Матери

Архетип Героя: индивидуация и инфляция


Сходной двойственностью обладает архетипическая констелляция Героя.

В своей конструктивной форме он организует процессы отделения от родительской зависимости, преодоления внутренних ограничений и формирования автономной личности. Героический путь становится символом индивидуации, предполагающей встречу с неизвестным, преодоление страха и расширение сознания.

Однако тот же архетип может приобретать инфляционный характер. Тогда герой перестаёт быть посредником между Эго и Самостью и начинает отождествляться с архетипической силой. Возникают фантазии исключительности, всемогущества, мессианского предназначения или исторической миссии. Вместо развития личности происходит её захват архетипическим содержанием.

Эдингер подчёркивал, что именно героическая инфляция является одной из наиболее распространённых форм нарушения отношений между Эго и Самостью. Эго перестаёт воспринимать себя как ограниченный центр сознания и бессознательно присваивает качества архетипического целого.

Архетип Мудреца: знание и власть


Амбивалентность характерна и для архетипическая констелляция Мудрого Старца. Его позитивный аспект связан с внутренним руководством, пониманием, символической ориентацией и способностью различать существенное и второстепенное. В аналитической работе этот архетип нередко проявляется как образ внутреннего наставника или проводника, способствующего развитию сознания.

Однако знание может превращаться и в инструмент господства. Тогда фигура мудреца приобретает черты мага, манипулятора или идеолога, использующего знание не ради понимания, а ради контроля над другими. История культуры изобилует образами подобных персонажей - от мифологических колдунов до современных харизматических лидеров и тоталитарных идеологов.

Архетип Анимы и Анимуса


Особенно отчётливо биполярность проявляется в архетипах Анимы и Анимуса.

Анима может выступать посредницей между сознанием и бессознательным, источником творческого воображения, эмоциональной глубины и внутренней трансформации. Но при отсутствии символического отношения она превращается в силу регрессии, эмоциональной зависимости и разрушительной идеализации.

Аналогично Анимус способен становиться источником внутренней структуры, ответственности и способности к рефлексии, но может проявляться и как догматизм, интеллектуальная тирания или навязчивая убеждённость в собственной правоте.

Биполярность и проблема Тени


Принцип биполярности тесно связан с феноменом Тени. Попытка сознания идентифицироваться исключительно с конструктивной стороной архетипа неизбежно приводит к вытеснению противоположного полюса. Однако вытеснённая сторона не исчезает. Она продолжает существовать в бессознательном и постепенно организуется как теневой аспект соответствующего архетипа.

Человек, стремящийся быть исключительно заботливым, рискует вытеснить собственную агрессию и контроль; идентификация с образом героя сопровождается отрицанием собственной слабости и зависимости; чрезмерная ориентация на мудрость может скрывать страх перед неведением и эмоциональной уязвимостью.

Поэтому односторонняя идентификация с «позитивным» аспектом архетипа является формой психологической инфляции. Сознание присваивает себе только социально приемлемую сторону архетипического содержания, тогда как противоположный полюс вытесняется и начинает действовать автономно.

Признание биполярной природы архетипов имеет принципиальное значение для аналитической практики. Терапевтическая задача состоит не в том, чтобы «усилить положительный архетип» или устранить его негативные проявления.

Работа аналитика направлена на развитие способности удерживать противоположности внутри единого символического пространства. Клиент постепенно обнаруживает, что забота включает возможность контроля, сила допускает уязвимость, любовь - агрессию, мудрость - сомнение, а автономия - зависимость. Признание этой внутренней амбивалентности делает возможной интеграцию архетипического содержания.

Биполярность является универсальным принципом архетипической организации психики. Каждый архетип представляет собой динамическую структуру, включающую противоположные возможности развития. Его созидательный и разрушительный потенциал не существуют изолированно, а образуют внутреннее единство, которое может быть символически интегрировано или, напротив, выступить причиной расщепления.

Поэтому аналитическая работа с архетипами требует отказа от моральной классификации образов на «хорошие» и «плохие». Архетипы находятся по ту сторону подобных оценок. Их психологическое значение определяется не самим содержанием, а способом отношений, который устанавливает с ними субъект.

1.6.4. Архетипическая структура личности


Личности является многоуровневой архетипической системой, включающей в свою архитектонику элементов сознательного и бессознательного функционирования.

Личность представляет собой динамическую систему отношений между различными уровнями психической организации, каждый из которых выполняет собственную функцию в процессе развития человека.

Архетипическая структура личности представляет собой систему взаимосвязанных центров организации психического опыта. Эти центры обладают различной степенью осознанности, автономии и архетипической глубины. Их взаимодействие определяет как характер повседневного функционирования личности, так и направление процесса индивидуации/развития.

Общая организация личности


Личность может быть представлена как система уровней, организованных вокруг двух взаимосвязанных центров - Эго и Самость.

  • Личное бессознательное. Его содержание формируется в процессе индивидуальной жизни человека. Оно включает: вытесненные переживания, забытые воспоминания, неразрешённые конфликты, аффективные комплексы, не интегрированные части личности, потенциальные возможности развития, травматический опыт. Именно здесь возникают комплексы, оказывающие непосредственное влияние на поведение человека. Хотя личное бессознательное имеет индивидуальную природу, его организация определяется архетипическими структурами коллективного бессознательного.
  • Эго. Центр сознательного поля психики. Эго организует переживание личной идентичности, обеспечивает непрерывность самосознания и интегрирует сознательный опыт человека. Благодаря Эго человек способен обозначать и описывать свое Я, принимать решения, строить планы, помнить своё прошлое и осознавать собственную индивидуальность.
  • Персона. Наиболее внешний уровень проявления личности. Персона представляет собой систему социальных ролей, норм поведения, профессиональной идентичности и способов адаптации к культурной среде. Благодаря ей человек становится способным занимать определённое место в обществе, выполнять социальные функции и строить устойчивые отношения с другими людьми.
  • Комплексы. Естественные структурные единицы психики. Комплекс представляет собой автономную психическую организацию, объединяющую воспоминания, эмоции, фантазии и способы реагирования, структурированные вокруг определённого когнитивного ядра. Наиболее известными являются: материнский; отцовский; комплекс власти; комплекс героя; комплекс жертвы, комплекс покинутого ребёнка, комплекс «раненого ребёнка», сиблинговый комплекс, травматический комплекс, комплекс преследователя, комплекс спасателя и др.
  • Тень. Тень представляет собой совокупность психических качеств, отвергаемых сознательной личностью. В неё входят: неприемлемые желания, агрессивные импульсы, страхи, вытесненные эмоции, инфантильные аспекты личности, а также многочисленные позитивные качества, которые человек не позволяет себе признавать.
  • Анима и Анимус. Они выполняют посредническую функцию между сознанием и глубинными слоями коллективного бессознательного. Для мужчины Анима символизирует внутреннюю женственность (женское имаго) - способность к чувствам, воображению, интуиции, эмоциональной отзывчивости и символическому переживанию мира. Для женщины Анимус представляет внутренний маскулинный принцип (мужское имаго), связанный с мышлением, направленностью воли, способностью к суждению, духовной инициативой и смыслообразованием. Данные архетипические констелляции можно рассмотреть в качестве психопомпов - проводников сознания к более глубоким уровням психики.
  • Самость. Высший организующий принцип личности. Представляет собой архетип психической целостности, объединяющий сознательные и бессознательные процессы в единую систему. Во многих культурах Самость символизируется образами: мандалы, философского камня, Космического Человека, Христа, мирового дерева, совершенного города, священного брака.
  • Коллективное бессознательное. Представляет собой универсальный уровень организации человеческой психики, общий для всех людей. Содержит в себе архетипы - врождённые принципы организации психического опыта. Среди наиболее значимых архетипов Юнг выделял: Великую Мать, Великого Отца, Героя, Мудреца, Трикстера, Божественного Ребёнка, Самость.

***

В первой половине жизни доминирует развитие Эго и Персоны, которые обеспечивают успешную адаптацию к социальной реальности.

Во второй половине жизни всё большее значение приобретают бессознательные процессы. Психика начинает стремиться к интеграции
ранее отвергнутых аспектов личности.

1.7. ПЕРВИЧНОСТЬ ПСИХИЧЕСКОЙ РЕАЛЬНОСТИ:

онтологический и эпистемологический смысл


Одним из наиболее сложных и одновременно наиболее фундаментальных положений аналитической парадигмы выступает концепция психической реальности.

Всё, что дано человеку в его опыта, дано ему как психическое переживание. Независимо от того, идёт ли речь о восприятии внешнего мира, телесном ощущении, эмоции, воспоминании, религиозном опыте или научном познании, человек никогда не сталкивается с объектом «самим по себе». Любой объект становится доступным только в той мере, в какой он представлен в психике.

Юнг писал, что все что непосредственно переживается, является психическим; даже если речь идёт о физическом объекте, мы имеем дело прежде всего с его психическим образом.

Существование внешнего мира невозможно ни доказать, ни опровергнуть средствами психологии, однако любой опыт этого мира всегда опосредован психикой. Следовательно, непосредственным предметом психологического исследования является не материальный объект как таковой, а тот способ, которым данный объект представлен в переживании субъекта.

В этом отношении глубинная психология оказывается близка феноменологической традиции. Подобно тому как Гуссерль предлагал исследовать не «вещи сами по себе», а способы их явленности сознанию, психику следует рассматривать как пространство, в котором конституируется человеческий опыт. Однако если феноменология преимущественно анализирует структуры сознания, аналитическая психология распространяет этот принцип и на бессознательные процессы, рассматривая их как равноправную часть психической реальности.

Особое значение имеет различение между психической реальностью и эмпирической. Событие может никогда не происходить во внешнем мире и при этом обладать чрезвычайной психологической реальностью. Сон, мифологический образ, фантазия, религиозное видение или символическое переживание способны оказывать на личность не менее глубокое воздействие, чем реальные жизненные события. Для психологии вопрос об их объективной истинности оказывается вторичным. Существенным становится их психологическое действие, то есть их способность организовывать переживание, аффекты, отношения и поведение.

ВОПРОСЫ ДЛЯ РЕФЛЕКСИИ

Размышляя над этими вопросами, вы сможете не только "тоньше" понять материал модуля, но выстроить, скорректировать или уточнить собственную профессиональную позицию.

  • Что для вас означает понятие "Душа"?
  • Как вы объясняете для себя это понятие?
  • Влияет ли она как-то на вашу терапевтическую позицию?
  • Что такое человек? Как вы формулируете природу и смысл этого понятия?
  • Когда клиент использует слово «душа», что он, по-вашему, имеет в виду чаще всего?
  • Используете ли вы это понятие в своей практике?
  • Что вы обозначаете этим понятием в рамках психотерапевтического процесса?
  • Вкладываете ли вы в него богословский, философский или психологический смысл?
  • Какие процессы, связанные с жизнью человека вы обычно учитываете в терапии, а какие остаются вне вашего внимания?
  • Где проходит, на ваш взгляд, граница между «богословскими», «эзотерическими» и «психологическими» представлениями в терапевтическом пространстве?
  • Бывали ли в вашей жизни кризисы, которые впоследствии оказались этапом внутренних трансформаций, или привели к внутренним изменениям?
  • Какие символические истории или мифы наиболее точно описывают ваш собственный жизненный путь?
  • Задумывались ли вы о том, что ваша жизнь может развиваться в соответствие с мифологическими сюжетами?
  • Какие культурные, религиозные или философские традиции сформировали ваше понимание человеческой природы?
  • Какая философская модель человека кажется вам наиболее убедительной и почему?
  • Какая из философских моделей близка лично вам?
  • Какие авторы привлекают ваше внимание?
  • Касаетесь ли вы в своей жизни философских, богословских, оккультных текстов?
  • Что для вас является главным источником психической жизни: ваша биография, бессознательные процессы, отношения или символическая реальность?
  • Как изменилось ваше понимание психики после знакомства с глубинной психологией?
  • Насколько серьёзно вы относитесь к собственным внутренним переживаниям? Что они значат для вас?
  • С чем вы чаще всего отождествляю своё Я? Какие ассоциации у вас возникают о себе?
  • Какая из четырёх функций психики наиболее развита у вас? Какая наиболее подавлена? В чем ваша "слепая зона"?
  • Какие жизненные темы сегодня обладают для вас наибольшей эмоциональной силой?
  • Какие "автономные" комплексы вы в себе замечаете? Какие, вероятно, продолжают влиять на ваши решения и отношения?
  • Какие повторяющиеся символы, сюжеты или образы сопровождают вашу жизнь?
  • Какие образы особенно часто возникают в ваших снах, фантазиях или работе с клиентами?
  • Какие свои сильные стороны вы склонны идеализировать, не замечая их теневой стороны?
  • Какие качества других людей вызывают у меня одновременно восхищение и настороженность?
  • Насколько легко вы выдерживаете ситуации, когда не понимаете их смысла?
  • Что вы чувствуете, когда сталкиваетесь с интенсивными или кризисными переживаниями другого человека?
  • Как вы реагируете на них?
  • Что они в вас будят?
  • Как изменилось ваше понимание души после изучения этого материала?
  • Какие идеи оказались наиболее созвучны вашему личному и профессиональному опыту?
  • Какие положения вызвали внутреннее сопротивление и что может стоять за этим сопротивлением?
  • Что из прочитанного уже сегодня способно изменить ваш способ присутствия и действий относительно клиента?
  • Какой вопрос о душе остаётся для вас открытым и требует дальнейшего исследования?